Благовония догорали в медной курильнице, оставляя горький привкус полыни на губах. Тянь Цзинь сжимал в руках свиток с предложением брака, пергамент шуршал под пальцами — единственный звук в павильоне Бамбукового Дома.
Шэнь Цзю стоял у окна, спиной к нему. Белые одежды пика Цинцин развевались на ветру, но плечи оставались неподвижными, словно высеченными из камня.
— Ты молчишь, — проговорил Тянь Цзинь.
— Что тут сказать? — голос Шэнь Цзю звучал ровно, без эмоций. — Политический брак. Союз между пиками.
Тянь Цзинь вспомнил другой день, когда они сидели на этом же месте. Шэнь Цзю смеялся тогда — редкий, искренний смех, который он прятал от всех остальных. Рассказывал о своих учениках, о том, как Лю Цинге снова сжёг половину библиотеки, пытаясь освоить технику управления огнём.
— А я думал... — начал Тянь Цзинь и осёкся.
Думал о чём? Что между ними что-то есть? Что те украденные моменты близости, когда Шэнь Цзю позволял себе быть уязвимым, что-то значили?
Шэнь Цзю обернулся. В зелёных глазах плясали отблески заходящего солнца, но выражение лица оставалось холодным.
— Ты думал, что я откажусь? — спросил он. — Что позволю эмоциям встать на пути долга?
Слова резали острее любого меча. Тянь Цзинь опустил взгляд на свиток. Иероглифы расплывались перед глазами.
— Я думал, что ты скажешь правду.
— Правду? — Шэнь Цзю шагнул ближе. В воздухе запахло озоном — его ци колебалось, выдавая волнение. — Какую именно? Что я согласен на этот брак? Или что...
Он замолчал, сжав губы в тонкую линию.
Тянь Цзинь помнил прикосновение этих губ к своим. Это случилось месяц назад, после ночной охоты на демонов. Они вернулись окровавленные, измученные, живые. Шэнь Цзю прижал его к стене одного из коридоров, целовал отчаянно, жадно, будто хотел впитать в себя каждый вздох.
А потом исчез, словно ничего не было.
— Что ты чувствуешь ко мне? — выдохнул Тянь Цзинь.
Шэнь Цзю отвернулся снова. Пальцы его сжались в кулаки.
— Неважно, что я чувствую. Важно, что нужно секте.
— Лжёшь.
— Да. — голос Шэнь Цзю дрогнул. — Лгу.
Курительные палочки истлели окончательно. В павильоне стало темно, только лунный свет проникал сквозь резные ставни, ложась серебристыми полосами на пол.
Тянь Цзинь встал, подошёл к Шэнь Цзю сзади. Не прикасаясь, просто стоял рядом, чувствуя тепло чужого тела.
— Я не прошу тебя отказаться от долга, — тихо сказал он. — Но хочу знать: если бы выбор был только твоим?
Шэнь Цзю повернул голову. В полумраке его лицо казалось ещё более бледным.
— Если бы выбор был только моим, — медленно проговорил он, — я бы никогда не позволил себе полюбить тебя.
Слова повисли между ними, тяжёлые и окончательные. Шэнь Цзю шагнул к двери.
— Свадьба через месяц, — сказал он, не оборачиваясь. — Приготовь красные одежды.
Дверь закрылась с тихим щелчком. Тянь Цзинь остался один с догоравшими угольками и горечью полыни на губах.
Он знал, что Шэнь Цзю будет идеальным мужем — холодным, отстранённым, исполняющим все обязанности. И что эта маска больше никогда не спадёт.
Любовь, оказывается, тоже можно похоронить заживо.
Написать продолжение