— Ты хоть представляешь, как тяжело отстирывать сажу с волчьей шкуры?
Я сложил руки на груди, стараясь придать лицу максимально суровое выражение. Напротив меня, у самого края ледяного тороса, переминался с ноги на ногу парень в помятых красных доспехах. Его левая рука всё ещё горела тусклым рыжим пламенем, подсвечивая шрам, тянувшийся от виска до середины щеки.
— Извини, — буркнул он, гася огонь коротким резким движением. — Я просто не привык, что мишени… разговаривают.
Аанг, висевший вниз головой на своём планере, звонко расхохотался. Его смех эхом разнёсся над застывшим океаном Южного полюса.
— Он не мишень, Зуко! Это Сокка. И он прав, огонь в пяти сантиметрах от носа — плохой способ сказать «привет».
Я посмотрел на Катару. Она стояла чуть поодаль, её пальцы замерли в нескольких дюймах от бурдюка с водой. Она не сводила глаз с нашего незваного гостя. В её взгляде не было страха — только настороженность хищника, защищающего свою стаю.
Всё должно было пойти иначе. Старики в деревне пугали нас «людьми огня» десятилетиями. Мы ждали стальных кораблей, грохота цепей и чёрного дыма, застилающего небо. А получили одного хмурого подростка с обожжённым лицом, который приземлился на палубу своего крошечного катера прямо перед носом Аппы.
— Мой дядя говорит, что чай сглаживает углы в любом споре, — Зуко неловко полез в сумку, висевшую у него на поясе. Вместо меча он достал связку сушёных листьев и глиняный котелок. — У меня есть жасмин.
— Жасмин? — я недоверчиво хмыкнул, ковыряя кончиком бумеранга снег. — А мясо у тебя есть?
Катара опустила руки. Тёплое свечение её магии, которое она готовила для защиты, медленно угасло.
— Сокка, имей совесть. Человек предлагает мир, а ты думаешь о желудке.
— Я всегда думаю о желудке! Это залог выживания.
Зуко присел на корточки, расчищая место для небольшого костра. Его движения были точными, почти механическими, но плечи оставались напряжёнными. Он не смотрел на нас — только на свои пальцы. Щёлк — и над сухими ветками, которые Аанг где-то раздобыл, заплясали искры. Настоящее, живое тепло. В наших краях огонь всегда был роскошью, его нужно было беречь и высекать из камней долгими минутами. А тут — секундное усилие.
Аанг спрыгнул с планера и уселся прямо на снег рядом с магом огня.
— Ты ведь не хочешь со мной сражаться, правда? — спросил он, заглядывая Зуко в глаза.
Тот замер с чайником в руках. Отражение пламени плясало в его янтарных глазах — глубоких и удивительно печальных.
— Мой отец хотел бы, чтобы я привез тебя в кандалах, — честно ответил он. — Но дядя сказал, что если я хочу найти истинный путь, мне нужно сначала научиться выбирать его самому.
— И ты выбрал чай? — я подошёл ближе, привлечённый запахом прогревающихся листьев.
— Я выбрал… — он запнулся, подыскивая слово, и посмотрел на свои ладони. — Не быть таким, как они. Не сжигать всё дотла.
Катара подошла последней. Она присела справа от него и осторожным жестом направила струйку талой воды прямо в котелок. Вода не пролилась ни на каплю — идеальная дуга, замершая в воздухе. Зуко на мгновение затаил дыхание, наблюдая за этим.
— Значит, мы договорились, — сказала она. — Ты учишь Аанга направлять внутреннее тепло, чтобы он не замерз в небе, а мы… мы покажем тебе мир, который не хочет с тобой воевать.
Зуко едва заметно кивнул. Его губы дрогнули в подобии улыбки — кривой и непривычной для его лица.
Я устроился поудобнее, чувствуя, как от костра веет уютным жаром. Снег вокруг нас начал подтаивать, образуя маленькое кольцо темного камня. Мы были разными: двое детей со льдов, кочевник из легенд и изгнанный принц. Но когда Зуко протянул мне первую пиалу с пахнущим летом напитком, я понял, что война снаружи подождёт.
Пока у нас есть жасмин, искры и Аанг, который уже вовсю пытался научить Зуко играть с Момо в догонялки, мир казался правильным. Чуть более тёплым, чем положено на Южном полюсе.
— Ну ладно, — я сделал глоток, жмурясь от горячего пара. — Но если ты подпалишь мне спальный мешок, чай тебе не поможет.
Зуко фыркнул, и это был первый по-настоящему живой звук, который я от него услышал. Это был звук начала чего-то очень большого.
Написать продолжение