— Ты слышишь этот скрежет, Фредди?
Грегори вжался спиной в холодный пластик обшивки, чувствуя, как под лопатками вибрирует мощный сервопривод. Внутри грудного отсека аниматроника пахло озоном, разогретым металлом и застарелым запахом пыльного плюша. Здесь, в темноте, мир сужался до узкой щели между панелями и ритмичного гула охлаждающих вентиляторов.
— Мои сенсоры фиксируют только движение технического персонала в коридоре, Суперзвезда, — голос Фредди отозвался низким рокотом где-то в районе затылка мальчика. — Но я советую тебе не дышать так громко. Твой пульс слишком высок.
Грегори закусил губу до металлического привкуса крови. Фредди ошибался. Это не был персонал. Боты-охранники двигались с предсказуемым лязгом, их маршруты были выверены до миллиметра. А «это»… оно не имело ритма. Оно перемещалось перебежками, едва слышно шурша атласом по кафелю, будто по полу волокли что-то мягкое и неповоротливое.
В щель отсека просочился мертвенно-голубой свет прожектора. Пятно проползло по стене, выхватив на мгновение плакаты с улыбающейся Чикой, и замерло прямо напротив Фредди.
Мальчик зажмурился. Он представил, как снаружи белое нечто с красными глазами-пуговицами склоняет голову набок, прислушиваясь к электрическому гулу большого медведя. Ванни. Само упоминание её имени заставляло пальцы сводить судорогой.
Тяжёлая ладонь Фредди — внутри, в тесном пространстве — осторожно коснулась плеча Грегори. Грубое железо, обтянутое синтетикой, должно было пугать, но сейчас оно ощущалось единственным якорем в этом безумии. Фредди был сломанным, забагованным, небезопасным по инструкции, но он был единственным, кто не пытался выдать местоположение мальчика радостным визгом.
— Она ушла? — одними губами спросил Грегори.
— Я не вижу её в основном спектре, — прошептал аниматроник. — Но система безопасности сообщает о критической ошибке в секторе «Гольф Монти». Нам нужно двигаться. Мой заряд на исходе, Грегори. Если я отключусь, люки заблокируются.
Это был скрытый приговор. Быть заживо замурованным в железной утробе своего защитника или выйти наружу, в объятия пляшущего кролика с кухонным ножом.
Снаружи раздался тихий, заливистый смех. Он не был похож на человеческий — слишком высокий, искажённый помехами динамиков. Звук когтей по металлической двери склада заставил Грегори вздрогнуть, ударившись головой о внутренний каркас.
— Тише, — Фредди мгновенно сжал пальцы, фиксируя мальчика, не давая ему пошевелиться. — Не двигайся.
Грегори замер, глядя, как тень за щелью удлиняется. Кроличьи уши на стене выглядели как два уродливых рога. Он чувствовал, как по спине стекает холодная капля пота. В эту секунду он ненавидел этот «Пиццаплекс» с его неоном, фальшивым весельем и запахом дешёвого сыра. Всё здесь было гигантской мышеловкой, раскрашенной в яркие цвета.
Шаги снаружи начали удаляться. Медленно, дразняще.
— Почему ты помогаешь мне? — вдруг спросил Грегори, когда тишина стала совсем невыносимой. — Ты ведь такой же, как они. Ты запрограммирован развлекать, а не прятать детей в деталях и запчастях.
Фредди помолчал. В темноте отсека блеснули два голубых огонька его глаз-датчиков.
— В моих логах нет записи о твоём билете, — мягко ответил он. — Но когда я увидел тебя на сцене, внутри произошёл сбой. Мои протоколы защиты… они перенастроились. Ты не просто гость, Грегори. Кажется, ты — единственная причина, по которой я всё ещё не хочу перезагружаться.
Грегори прижался лбом к холодному металлу. Он знал, что через десять минут Фредди придётся встать на зарядную станцию. Он знал, что за дверью их ждут. Но сейчас, под гул работающих моторов, этот тесный отсек казался самым безопасным местом во всей вселенной.
— На счёт три я открою люк, — голос медведя стал жёстче. — Ты бежишь к вентиляции. Я отвлеку её.
— Мы вместе, Фредди. Ты обещал.
— Я обещал вывести тебя. Это приоритетная задача.
Металлический засов щёлкнул. Грегори почувствовал прилив холодного воздуха из коридора. Запахло озоном и близкой опасностью. Он глубоко вдохнул, сжимая кулаки.
Где-то в глубине коридора снова скрипнула половица. Время вышло.
Написать продолжение