Шершавая кора старого дуба впивалась в лопатки. Я сидел на нижней ветви, до боли сжимая пальцы на рукояти куная. Снизу доносилось ритмичное «вжих-вжих» — Какаши-сенсей лениво точил танто, прислонившись к стволу.
Это было странно. Обычно после миссий мы разбредались по углам: Наруто бежал за раменом, Сакура — домой, а я уходил на пустыри кланового квартала, где тишина давила на уши сильнее любого крика. Но сегодня сенсей просто сказал: «Сбор у Четвертого полигона через час. Будем ужинать».
На костре, разведенном прямо между корнями, булькал котелок. Запах имбиря и вареной рыбы смешивался с ароматом влажной хвои.
— Саске, слезай, — голос Какаши звучал глухо из-за маски. — Обед не убежит, а вот Наруто — вполне может съесть твою порцию.
Я спрыгнул, стараясь приземлиться бесшумно, но сухая ветка предательски хрустнула под сандалией. Наруто, сидевший на корточках у огня, даже не обернулся — он был слишком занят тем, что пытался выудить кусок побольше, пока Сакура била его по рукам половником.
— Мы же Команда Семь, а не банда мародеров! — шипела она, но в ее глазах не было злости. Только какая-то непривычная, мягкая усталость.
Я сел на корень, подальше от всех. Привычка быть особняком въелась под кожу вместе с пеплом сожженного дома.
— Держи. — Какаши протянул мне глубокую миску.
Вместо ожидаемой порции пустого риса там плавал приличный кусок запеченного лосося и аккуратно нарезанный тофу. Я поднял взгляд на учителя. Его единственный открытый глаз сощурился — он улыбался.
— Ты слишком мало спишь, Саске. Синяки под глазами скоро станут твоей главной техникой устрашения. Ешь. Это приказ.
Я взял палочки. Еда была горячей, обжигала пальцы через тонкие стенки керамики. Обычно я ел на ходу, запивая сухое вяленое мясо холодной водой. Здесь же пар поднимался к лицу, согревая кончик носа.
— Эй, Саске! — Наруто толкнул меня плечом, едва не выплеснув бульон. — После еды сенсей обещал показать, как ходить по деревьям без рук. Или типа того. Короче, я сделаю тебя, понял?
— Гатта-гатта, — пробормотал я, но не отодвинулся. Тепло от его плеча ощущалось странно. Неправильно. Но я не ушел.
Сакура пристроилась с другой стороны, прислонившись спиной к колену Какаши. Тот, вопреки своей манере отстраняться, положил ладонь ей на макушку, продолжая читать свою сомнительную книжку другой рукой.
В лесу темнело. Сумерки съедали очертания деревьев, оставляя только наш маленький круг света. Впервые за долгое время я поймал себя на мысли, что мне не хочется возвращаться в поместье Учиха. Там стены помнили всё, чего больше не было. А здесь... здесь пахло дымом, дешевыми специями и почему-то безопасностью.
— Почему вы это делаете? — вопрос сорвался с губ раньше, чем я успел его обдумать.
Какаши перевернул страницу, даже не глядя на меня.
— Обучение шиноби — это не только метание железок, Саске. Если вы не научитесь доверять спине того, кто стоит рядом, вы погибнете на первой же серьезной стычке. А я... — он сделал паузу, и его голос стал чуть ниже. — Я не планирую вас терять. Никогда.
Наруто на секунду замер, перестав жевать, а Сакура тихо вздохнула, прикрыв глаза. Я посмотрел в свою миску. Отражение костра плясало в темном бульоне.
Это не была настоящая семья. У нас не было общего имени, общих черт лица или общего прошлого. Но когда Какаши, заметив, что я доел, молча подложил мне еще один кусок рыбы, а Наруто перестал орать и просто уставился на звезды, я почувствовал, как комок в горле мешает дышать.
Я не обязан был оставаться. Я мог встать и уйти в свою ненависть, в свои тренировки до кровавого пота.
Я остался. Тяжесть чужого плеча рядом больше не казалась обузой. В эту ночь лес молчал, и тишина больше не давила. Она оберегала.
Написать продолжение